мелькали насыщенно-черные тени. Огромные морские млекопитающие. Они несколько раз синхронно перекувырнулись и дружно ушли на глубину.
– Активирую процедуру очистки корпуса, – металлическим голосом заявил А318. – Точно не скажу, но возможно планетолет потрясет. Слегка. Приготовьтесь. Пять, четыре, три, два…
Почувствовалась легкая вибрация, ее погасили пружинные подвесы кресел. Было видно, как с корпуса сошли несколько самых настоящих лавин. Сработала обдувка наружной поверхности сжатым воздухом, который предусмотрительный цифровой ассистент для надежности подогрел.
Вряд ли это понравилось живности, что планомерно обживала побережье, но это ладно…
– Докладываю, – пронеслось по динамикам. – Планетолет проверен и полностью готов к перелету. Да, я не зря трудился, нас заметили, но не обратили внимания. За последнюю минуту челнок «ощупали» четыре раза.
– Молодец! – похвалил ассистента Алекс. – В путь!
Огромный космический корабль плавно тронулся и, постепенно набирая скорость, полетел вперед в неизвестность. Его курс лежал туда, где низко над горизонтом в просвет в густой облачности заглядывало солнце.
Конечно, пассажиры сразу же занялись любимым делом – смотрели вниз, любовались родной для человечества планетой. Первое время под ними неторопливо проплывала монотонная картина: бескрайние просторы, засыпанные стерильно-белым снегом. Благо, так продолжалось недолго. Скоро унылую белизну разбавили леса. Сначала редкие, низенькие деревца с сильно искривленными стволами, которые будто пытались сбежать, уйти как можно дальше от чего-то, что пугало их, но постепенно они становились все выше, а стволы ровнее.
– Наше оборудование? – спросил Медовар.
– Да! Вообще будь у меня время и желание, я бы сделал полноценное исследование. Вывел теорию распространения волн, а то и вовсе защитил бы диссертацию на тему угнетения живой природы человеком…
– А здесь уже лучше! – выкрикнула Дина, показывая рукой вперед.
– Конец зоны действия передатчиков. Сюда станции не добивают, но дело не только в этом. Мы постепенно удаляемся от приполярных областей, – продолжал А318. – Тут теплее. А это и вовсе лес вечнозеленых деревьев. Они не сбрасывают листья, поскольку у них их просто нет. Вот что я знаю!
Цветовая гамма внизу постепенно расширялась. Не было изрядно надоевшей смеси белого снега и темнеющих на его фоне лишенных листвы скелетов деревьев, все чаще ее дополняли сосны и ели. Да и вообще картинка планомерно зеленела.
Так же внезапно как появились, леса исчезли. Под планетолетом простилался пояс золотых песков, изобилующих подвижными барханами, благо, он также быстро остался за кормой. Пустыню сменили бескрайние равнины, покрытые гутой колышущейся травой. На зеленом ее фоне выделялись какие-то животные. Они стояли большими группами, широкие их спины лишь немного возвышались над морем зелени.
– Вышли травку пожевать. Жаль, нельзя рассмотреть, кто это, – прошептала Вега.
Внизу снова повеяло переменами. Там опять сплошной стеной стал лес. Теперь уже настоящий, совсем как тот, в дебри которого не так давно рухнул челнок с учеными и офицером на борту. Он казался бесконечным. Куда ни глянь – безбрежный океан лениво колышущихся верхушек.
– Так, кажется я что-то засек. Не уверен, что это именно то, что нам нужно, но очень даже похоже.
– А можно конкретнее? – оживилась Вега.
– К сожалению конкретики пока нет. Есть некая… аномалия. Словом, картинка, которую выдает радар, в одном из секторов слишком уж четкая. Есть подозрение, что это фальшивка.
– Можешь показать? – Алекс заерзал в кресле. Похоже, перелет его утомил. Действия не хватало, да и вообще…
– Пожалуйста! – экран вспыхнул, секунд десять он показывал таблицу настройки, но вот все нормализовалось. Появились бесформенные пятна разных, но одинаково ядовитых цветов… – Как вы наверняка заметили, участок в верхнем левом квадрате выбивается из общего строя.
– По-моему они все одинаковые, – Феникс пожал плечами и густо покраснел. – Нет, правда!
– Вот уважаю я людей, которые не пытаются строить из себя специалистов… – электронный помощник умолк, а все услышали частый перестук. Он звучал сильнее, его ритм ускорялся.
– А318, это мне только кажется или у нас что-то… отвалилось?
– Да, Алекс. Уже несколько минут я отмечаю подозрительный стук в стабилизаторе полета. Что именно в нем стучит, определить не удается. Сейчас штудирую руководство по ремонту, но ничего подобного там нет.
– Судя по названию, это что-то без чего мы не сможем летать? – уточнил Феникс и предусмотрительно проверил надежность ремня.
– Не совсем. Лететь мы сможем, но это будет проблематично…
Планетолет качнуло. Все случилось так неожиданно, что мирно дремлющий на ступеньке Поиск свалился на поверхность прозрачного фонаря. Он заскулил – сработала заложенная в прошивку генетическая память. Почти сразу включилась программа самозащиты. Он сложил конечности, втянул голову, превратившись в почти правильный эллипсоид, защищенный от любого внешнего воздействия.
Покачивание сменилось болтанкой, отчего ребятам вспомнилось «падение с Луны». Земля стремительно приближалась. Благо, в этот раз высота была меньше, а электронный помощник смог удержать падающую машину. В последний момент челнок выровнялся, выпустил стойки и опустился на кроны деревьев. Ветви подхватили корпус. Опоры нащупали мягкую почву и все замерло. Тишину разбавил цифровой вздох облегчения.
Глава 16. Шелест листвы и звуки погони
Первым пришел в себя Поиск, что и неудивительно. Устойчивость к стрессам характерная черта робота-спасателя. Он быстро вернулся к нормальному состоянию. Сначала, разрушая идеально эллипсоидальную форму тела, выглянуло ухо-локатор. Оно трижды обернулось вокруг оси, сканируя пространство, снова спряталось. Зажегся огонек в глубине стеклянного глаза, диафрагма несколько раз подмигнула, подсветка погасла. Оптика зафиксировала часть видимого мира и передала информацию электронному мозгу. Тот моментально оценил обстановку, дал команду исполнительным механизмам. Буквально пару секунд, и на поверхности фонаря снова стоял, виляя хвостом, полноценный металлический пес. Он громко тявкнул, доходчиво намекая на то, что самостоятельно наверх ему не подняться. Хотя, если помощи не последует…
– А318, ты не обижайся, но я бы посоветовал тебе поработать над приземлениями, – Алекс спрыгнул вниз, поднял на руки четвероногого друга и забросил того на палубу. Поиск кивнул в знак благодарности, сел, застыл в ожидании команды. – Под водой оно еще как бы не очень…
– Дело не во мне и не в моих умениях. Все-таки наш планетолет экспериментальный, что уже намекает на возможные неисправности. В данном случае вышел из строя гироскоп стабилизатора. Разлетелся подшипник, обломки попали в редуктор. Пока рано говорить о причинах, думаю, заводской брак, – возразил электронный помощник. В его голосе звучала обида, правда, целиком и полностью фальшивая.
– Не ссорьтесь! Главное, что все целы, – тоном воспитательницы детского сада сказала Вега. – Мы далеко от этой самой аномалии?
– Точно не скажу, как вы сами понимаете, у нее нет сколько-нибудь конкретных границ, – голос цифрового ассистента вернул обычную свою деловитость. – Если примерно, то где-то километров… двадцать пять, может тридцать. Как бы недалеко, но все эти
